О том, как появилась идея создания Школы адвокации, рассказывает Любовь Чубукова, специалистка по адвокации и связям с сообществом:

— Идея создания Школы появилась в прошлом году. Мы проводили один из тренингов, и поняли, что для новых людей нужны более углубленные знания, особенно в период перехода финансирования от международного к государственному. Нужны новые планы не только в голове, но и в душе. И очень важно планировать вместе ЛГБТИК и ЛЖВ, СР и ЛУН.
Школа Адвокации меняет людей, они становятся профессиональнее. Я уже вижу участников тренинга через несколько лет. Думаю, некоторые откроют свои организации и реализуют стратегические планы, которые они составили здесь. Если не заглядывать так далеко, то, вернувшись после Школы адвокации в свои организации, люди внесут в свою работу что-то новое, и разбудят слегка задремавших коллег.

Участники Школы адвокации работали в трех группах, одна из которых — несоблюдение закона о бытовом насилии. Группа собрала сопричастных открытию кризисных центров, пострадавших, имевших успешный опыт защиты своих прав, а также ВИЧ-сервисные организации, эффективно работающие в партнерстве с организациями, помогающими женщинам в трудных ситуациях. В ходе обсуждений стал виден дефицит услуг, предоставляемых государственными учреждениями, и недостаточную ориентированность на уязвимые к ВИЧ группы. А мы с вами знаем, что наши группы больше подвержены дискриминации и насилию.

Любовь Чубукова

Наталья Жолнерова, участница Школы адвокации и директор Общественного объединения «Амелия»:

— Да, в Казахстане есть кризисные центры, например, «Дом мамы», но их недостаточно, и зачастую в них жесткие критерии отбора. ВИЧ- положительных и наркозависимых не берут. Нет комплекса услуг, сопровождения при восстановлении документов или материальной поддержки, присмотра за детьми. Т.е. не исполняется статья 10, пункт 7 Закона о бытовом насилии в Казахстане. Нашим женщинам очень нужна разносторонняя помощь – психологическая, юридическая, медицинская.

Мы, НКО, можем адвокатировать появление государственных заказов, которые будут выделяться на долгосрочной основе на 3-5 лет. Стране как дыхание нужны низкопороговые услуги кризисных центров. Что для этого нужно? Создавать лоты при Акиматах по социальному сопровождению женщин, пострадавших от бытового насилия и осуществлению психокоррекционной работы с лицами, совершившими преступления.
На Школе адвокации я предложила создание группы по несоблюдению закона о бытовом насилии. Мы сейчас реализуем небольшой социальный заказ по развитию женского лидерства, пропаганде семейных ценностей и развитию гендерного равенства, и я увидела проблемы, что несмотря на существование закона о бытовом насилии, не все его механизмы эффективно работают и некоторые пункты закона на практике не соблюдаются.

Так, согласно статье 15, пункт 4 – лицу, совершившему бытовое насилие должны предлагать и оказывать услуги психокоррекции по снижению агрессивности и предотвращения повторного насилия. Но в то время, пока агрессор находится в изоляторе временного содержания (ИВС), ему никаких услуг не оказывают. Более того, находясь в ИВС, он думает о том, как отомстить после возвращения. Преступник, возвращаясь домой, совершает повторные насильственные, а иногда и более ожесточенные действия.

Для того, чтобы предотвратить повторное насилие, убийства, агрессорам необходимо предлагать услуги психокоррекции в то время, пока они находятся под контролем полиции.

Наталья Жолнерова

Годунова Юлия, тренер, директор Ассоциации «Е.В.А.»:

— Мы на Школе адвокации обменялись опытом о том, как можно улучшить работу кризисных центров для женщин. Обсудили, что необходимо разработать мониторинг эффективности работы существующих центров. При этом можно использовать простую систему «тайный покупатель». Для чего? Для того, чтобы проанализировать барьеры, почему многие женщины, пострадавшие от насилия, не обращаются за помощью. Ситуация с партнерским насилием в России и Казахстане очень схожа. К сожалению, практически нет услуг для агрессоров. На Школе адвокации мы обсудили, что НКО может разрабатывать, продвигать комплексные программы за государственные средства. Возможно, сначала в одном небольшом городе, и далее во всей стране».

Юлия Годунова

Махаббат Еспенова, тренер, исполнительный директор Фонда «КАМЕДА»:
— Поскольку я сама медицинский работник, солидная часть моей профессиональной карьеры была связана с профилактикой туберкулеза и ВИЧ. Стараюсь работать в тех темах, с которыми моя душа. Участники школы сами выбрали направления, по которым они работают. Уверена, что участники группы, которая определила несоблюдение закона о бытовом насилии как основную проблему, смогут адвокатировать выделение государственного бюджета на устранение пробелов в существующем законе. Важно, что участники увидели возможности партнерства между государственными структурами и НКО. Видно, что в ходе Школы адвокации участники стали мыслить глобальнее, системнее. Как медик говорю, что почки не работают отдельно от сердца.

Участники Школы адвокации